Лингвистические обсуждения > Семитские языки

Учим аккадский: Урок 1

(1/2) > >>

Euskaldun:
Урок №1. Фонетика и склонение существительных
Насчет того, кто такие аккадцы и с чем их едят - можете погуглить сами, если вы в этой теме, то наверное уже знаете и так  ;D

Язык, представляемый в этих уроках - классический, старовавилонский, примерно 2000-1500 днэ (все даты до нашей эры, так что я больше не буду писать днэ, само собой разумеется). Это - период знаменитого Хаммурапи и его Свода законов. Кроме того, к этому периоду относятся Атрахасис (миф о сотворении мира и глобальном потопе) и Гильгамеш (старейшие источники).

После этого периода язык продолжал изменяться, и выделяют средневавилонский (1500-1000) и нововавилонский (1000-0) периоды, но такой язык представлен только в хозяйственных документах и частной переписке. В официозе (например царские надписи) или литературе использовался искусственный застывший стандарт языка называемый младовавилонским (Standard Babylonian в английской традиции). Это в принципе тот же старовавилонский, так как писцы сознательно имитировали язык считаемый "классическим". Есть мелкие отклонения в грамматике, упомяну по мере надобности.

В ходе уроков я буду приводить примеры из оригинальных произведений, но так как письменность покрывала больше 2 тыс лет, иногда принципиально знать, к какому периоду относятся те или иные языковые факты. Будут применяться следующие пометки:

OB (Old Babylonian) - старовавилонский
MB (Middle Babylonian) - средневавилонский
SB (Standard Babylonian) - младовавилонский (не обманитесь названием, по факту он ближе к старо-, чем к средне-)

Как известно, язык записывался клинописью, но здесь клинописи не будет, ни столбиком, ни горизонтально. Клинописная палеография - отдельная наука и у меня знаний на эту тему минимально, да и не очень интересно на самом деле. Учитывая, что транслитерация латиницей сохраняет по возможности обратную совместимость, принято сначала слова клинописи транслитерировать по слогам, где каждый знак на памятнике = одному слогу транслитерации, например:

a-wi-lum (3 знака в клинописи) "мужчина" или e-ka-al-lum "дворец".

Потом уже полученный текст "нормализуют", т.е. перезаписывают нормальной латиницей, как если бы язык пользовался латиницей как родным шрифтом, получаем аwīlum и ekallum. Уже по примеру слова "человек" видно, что письменность была несовершенна и плохо отражала фонологию языка, долгота гласной в этом конкретном примере никак не отражена. Чтобы хорошо понять, в чем трудности и вызовы прочтения клинописи, надо сначала немного ознакомиться с фонологией аккадского.

Схематичная фонология аккадского. Согласные

В аккадском времени Старого Вавилона выделяют 20 согласных фонем:

- 4 губных /b p m w/

- 8 зубных /d t tͅ s z sͅ l n/

- 1 палато-алвеолярная /š/ и 1 палатальная /j/

- 5 заднеязычных /k g q x r/

- 1 глоттальная, так называемый алеф / ' /

По сравнению со "стандартным набором" звуков типичных семитских языков в аккадском резкий недобор глоттальных и фарингальных звуков. Предполагают, что они исчезли под влиянием шумеро-аккадского билингвизма, так как в шумерском ничего из этого богатства не было. Таким образом, хотя аккадский засвидетельствован впервые на целых 2 тысячелетия раньше того же арабского, в нём прошла намного более быстрая и бурная звуковая эволюция, чем в более молодых семитских языках.

Точные фонетические реализации аккадских фонем неустановимы, однако по некоторым косвенным доказательствам видно, что /r/ вела себя похоже на заднеязычные звуки, т.е. точно не была привычной нам "р", а скорее была грассирующим звуком на французский манер.

Далее, как видите в языке было 9 смычек, 6 из которых составляют пары по глухости звонкости /b -p, d - t, g -k/. В комплект к ним было 2 тнз "эмфатических звука" /tͅ q/. В чем была их "эмфатичность" неустановимо, они могли быть абруптивами, как в современных эфиопских, (более вероятно) или же фарингализованными, как в арабском - опять же неустановимо, но оно и неважно с практической точки зрения. Главное - понимать, что "эмфатические"/ буквы с точками - отдельные фонемы. В практическом произношении <tͅ> произносят как просто [t], а <q> как [k].

Что касается свистящих звуков, то никакой не секрет, что приписанные произношения - прямой перенос еврейских реалий на аккадский, когда он был только расшифрован. Кропотливая работа, в частности Хьюнергарда, показала, что традиционные обозначения-произношения скорее всего неверны. То, что обозначают /s z/ вероятнее всего было аффрикатами /ts dz/, а /š/ вряд ли было "ш", скорее просто "с". Но опять же - всё это очень занятно, но не имеет никаких практических последствий, так как в течение 2 тыс лет произношение свистящих изменялось, в частности , аффрикаты деаффрикатизировались на какой-то стадии.  Даже сам Хьюнергард не предлагает что-то менять в традиционной транскрипции, так как вряд ли начавшийся хаос пошёл бы кому-то на пользу. В практическом произношении свистящие произносят как и пишут, а "эмфатическую" <sͅ> произносят как [ts], как еврейскую цаде.

Палатальная [j] может встречаться в любой позиции, кроме начала слова, где она безусловно отпала, и это - одна из характеристичных черт аккадского. В практической транскрипции принято обозначать <y>.

Заднеязычную /х/ обычно транслитерируют как <h>, и чтобы не вводить англо-немецкоязычную публику в заблуждение, то под буквой ставят дужку, ось так: ḫ, чтобы показать, что это не стандартная англ. или нем <h>, но это как бы не наша проблема. Для удобства и простоты буду писать <h>, вы читайте русскую "х" и все в шоколаде. Английской/ немецкой [h] в аккадском нет.

Глоттальная смычка наиболее примечательна тем, что она практически никогда не отмечалась на письме, кроме случаев, когда она была удвоенна. Поэтому до сих пор неизвестно, начинались ли слова на гласную твердым приступом как в немецком (или арабском), или в начале слов смычка была утеряна и слова звучали как в современном иврите.

Последняя важная вещь - в аккадском было смыслоразличительное противопоставление одиночных и двойных согласных, очень часто только этим различались глагольные формы между собой. Такие гласные принято и произносить двойными, например: libbu сердце, šarru царь. Однако из-за несовершенности письма, такие двойные согласные часто никак не обозначались. Например, слово  imaqqut он падает могло записываться любым из этих способов:

i-maq-qut, i-ma-qut, i-maq-qu-ut, i-ma-qu-ut, i-ma-aq-qut, i-ma-aq-qu-ut

Euskaldun:
Гласные

Возможно, вы знаете, что для семитских языков типичны 3 гласных: /a u i/ и их долгие соответствия. Долгие гласные традиционно обозначают макронами: ā, ī, ū. В реальной клинописи долгота гласных обозначалась очень редко, но если, то дублированием соответствующей гласной, т.е. ba-a-bu = bābu ворота. Долгие и краткие гласные - отдельные фонемы, которые различают слова, поэтому нельзя сокращать долгие гласные в безударных слогах/ удлинять ударную краткую гласную, как это принято в русском языке. Классический пример важности соблюдения долгот - это слова mutu муж, мужчина и mūtu смерть. Кроме того, долгота гласной является единственным, что отличает мн.ч. от ед.ч. в ж.р.: dannatum крепость - dannātum крепости.

Примерно такая ситуация и была в староаккадском (т.е. языке времен Саргона), однако уже в нем исторические *а и *ā обзавелись аллофонами [e] и [ē] под влиянием рядом стоящих фарингальных звуков, например ˁайн и ḥе. Однако это всё ещё не были фонемы, просто фонетические варианты. Позднее, то есть к моменту письменной традиции старовавилонского все эти фарингальные звуки выпали, а аллофоны остались, и таким образом "вариант" стал самостоятельной фонемой. Есть даже минимальные пары: pelûm яйцо против palûm царство.

Далее, уже чисто в вавилонском (но не ассирийском) диалекте начала действовать "вавилонская гармония гласных", а именно, если уж одна "а" в слове испоганилась в "е", то тогда эта инфекция рапространится на все "а" в этом слове. Отсюда берутся слова типа nērebu вход или qerēbu приближаться. В профессиональном жаргоне такие слова называются «е-словами».

Кроме того, в вавилонском была нетерпимость к зияющим гласным, они стягивались в одну, сверхдолгую гласную, которую принято обозначать циркумфлексом. Была ли эта гласная реально длиной в 3 моры, или она была просто долгой - неустановимо. Тот же Хьюнергард считает, что они были такими же, как и «простые» долгие, а циркумфлексы ставит чисто в этимологических целях. В отличие от греческого, правила стяжений очень простые:

- a + i (неважно каких долгот обе из них) всегда дают ê, i + a не стягивается, а остаётся (по крайней мере, не в OB)

- во всех остальных случаях "выигрывает" вторая гласная.

Для наглядности просклоняем слово "этот", основа которого anni-:

им.п. anni- + um = annûm, род. п. anni- + im = annîm, вин.п. anni- + am = anniam (ia не стягивается)

Ударение

В вавилонском есть 3 типа слогов:

- лёгкие, если в них краткая гласная в открытом слоге (1 мора): ba-
- тяжёлые, если долгая гласная в открытом или краткая в закрытом слоге (2 моры): bā- или bab-
- сверхтяжёлые, если у нас сверхдолгая гласная или долгая в закрытом слоге (3-4 моры): bâ(b)- или bāb-

Достоверно об ударении ничего не известно, но обычно принимается такая схема (ударный слог подчеркнут):

- если последний слог сверхтяжёлый, ударение на нём: palûm царство, sābīt жена! (зват.)
- в противном случае, ударение на самый правый неконечный долгий/ сверхдолгий слог: mārum сын, но например ilū боги
- в словах, где все неконечные слоги - лёгкие, ударение на первый слог: zikarum человек.

Фонотактика

Как и в других семитских языках, кластеры из 3 согласных невозможны, слог (включая и инициаль слова) может начинаться только одной согласной (или гласной, если начальная смычка и правда отпала). Из этого следует что внутри слова между гласными могут быть максимально 2 согласные, причем они относятся к разным слогам. Следовательно, слог может иметь вид V, CV, VC или CVC. Так как и слоги клинописи тоже такого вида, в клинописи нет отдельных знаков для одиночных согласных, они просто не нужны. Так как не все слога типа CVC имели собственный знак, такие слога передавались 2 знаками CV-VC, т.е. если вы видите bi-il, это не *biil, а bil. Такое написание ничего нам не говорит о долготе гласной, она может быть как долгой, так и краткой, долгота редко обозначалась (см. выше). За исключением этого момента, написание полностью слоговое, хотя это технически возможно, слово ālum город никогда не будет записано как *al-um, но может быть записано как a-lum или  a-lu-um на усмотрение писца.

Тут же нужно упомянуть так называемое «ломаное» написание. Если вы видите что-то в виде: an-um, вместо ожидаемого a-num, несмотря на то, что сказано выше, это не ошибка писца, а попытка передать гортанную смычку, для которой не было отдельного знака, т.е. надо читать an’um.

Euskaldun:
Некоторые базовые сведения о клинописи

- всего в современных списках знаков насчитывают около 600 позиций, но это многообразие обманчиво, так как списки включают все знаки за весь период (2000+ лет) функционирования языка. Синхронно в какой-то конкретный период использовалось около 150 знаков, так как на знаки была "мода", некоторые становились популярными, а некоторые переставали использоваться. Но даже в рамках одного периода было 2 набора знаков: более прочерченные и угловатые знаки лапидарного стиля (использовались в царских надписях и например, на стеле, где высечен Свод законов Хаммурапи). На глине же писали чем-то вроде курсива, основное отличие в том, что глубоко вдавливались клинышки, а "ножки" очень укорачивались вплоть до отсутствия.

- азбука в принципе слоговая, поэтому есть знаки вида V, CV, VC, CVC. Надо понимать, что каждый конкретный знак по происхождению был шумерским знаком-словом, например знак с фонетическим значением "А" по происхождением был шум. знаком со значением "вода", так как "вода" по шумерски и была /a/. Именно по этой причине было очень мало знаков вида CVC, ровно столько, сколько было таких слов, отсутствие/ присутствие конкретного знака было случайным и зависело от фонотактики шумерского. Поэтому закрытый слог чаще всего надо было передавать комбинацией CV + VC: например gub = gu-ub.

- хотя в аккадском было противопоставление согласных каждого места образования (т.е. зубные, губные, свистящие и заднеязычные) по трём признакам: глухая, звонкая и эмфатическая, письменность изначально их не различала, в самом шумерском не до конца понятно, что было (и было ли вообще) противопоставление по звонкости/ глухости. И естественно, в шумерском не было никаких эмфатических. В этом особая трудность чтения саргоновских текстов, так как все 3 согласные из триады обозначались одним знаком.

 Со временем были разработаны различные знаки для согласных одного места образования, но не для всех. Кроме того, очевидно, что в шумерском согласные в конце слога точно не контрастировали по глухости-звонкости, поэтому знаки вида VC никогда не различали тип согласной, т.е. реально не было знака ud или ut, а был знак ud/t/tͅ, точную суть согласной можно установить только по контексту.

- Письменность была придумана явно не аккадцами, возможно шумерами, а возможно и не ними. Но суть в том, что она плохо подходила, как например не различала согласные по глухости/ звонкости (см. выше), но так же была часто избыточна, передавая непонятно какие ньюансы, которые аккадцам были не нужны. Поэтому обычно есть несколько знаков, у которых вроде одно прочтение (по крайней мере мы не можем установить, в чем их различие). Такие омонимические знаки снабжают индексами, чтобы различать их между собой: gu4, например, значит, что это 4ый по счету знак с прочтением "гу" из стандартной таблицы знаков. Индекс 1 не используется, вместо gu1  просто пишется gu, вместо gu2 и gu3 обычно (но не всегда) пишут gú и gù соответственно. Откуда
берутся сами индексы? Теоретически они соответствуют частотности знаков, т.е. 1 - самый частый, а потом идут в порядке убывания. Проблема в том, что таблички раскапывали не в хронологическом порядке, одной из первых находок была новоассирийская библиотека Ашшурбанипала, поэтому индексы скорее отражают популярность знаков в новоассирийском, а не старовавилонском, не удивляйтесь, что будут мелькать шестёрки или даже 26, точно помню попадалось.

- аккадцы использовали клинопись в 2 значениях: просто фонетически - в современной транслитерации такое принято писать италиком, это бóльшая часть текста, и слога одного слова разделяются между собой дефисами, между словами ставятся пробелы: i-maq-qut = imaqqut он падает. Надо четко представлять, что между клинописными знаками никаких пробелов не было и мы делим текст на слова апостеорно, благодаря пониманию аккадской грамматики.

- намного реже значки читались всё так же фонетически, но обозначая шумерское слово как логограмму. Такие логограммы в ассириологии называются шумерограммами, когда шумерское чтение обозначало целое аккадское слово. Шумерограмм несколько сотен, но очень частых всего несколько десятков. Кроме того, они обозначают только существительные. Шумерограмы принято писать прямым текстом, разделяя знаки точками, чтобы ясно отличать их от собственно-аккадского фонетического текста, например: a.šà поле. При нормализации вместо шумерского слова подставляют соответствующее аккадское: eqlum. Попадаются и смешанные написания в стиле a.šà-lum, где последний слог дублируется фонетически.

Чтобы вы поняли, что тут произошло, a.šà уже само по себе обозначает "поле", приписка lum нужна только для того, чтобы показать, что речь идет именно об аккадском слове eqlum, это - как суфлерская подсказка, так как у многих шумерограмм было несколько семантически связанных прочтений. На стадии нормализации шумерограммы заменяются соответствующим аккадским словом eqlum.

-  Крайним случаем применения шумерограммы являются детерминативы - служебные слова, которые определяли категорию следующего (реже предыдущего слова) - божество, предмет из дерева, птица, рыба и т.д. Детерминативы принято писать суперскриптом, например dingir или просто d, в нормализации они просто опускаются, так как не несут в себе никакой фонетики, они просто разметка текста, уточняющая значения слов без собственного звукового содержания.

Euskaldun:
Род слова
В аккадском два рода: мужской и женский. У мужского рода нет каких-то особых морфологических признаков, к нему естественно принадлежат лица мужского пола, для остальных слов нет особой логики:

ilum бог , šarrum царь, mārum сын, ālum город, kaspum серебро

Обычно женский род образуется прибавлением суффикса -(a)t- к мужской основе:

bēlu господин - bēltu госпожа, šarru царь - šarratu царица, rīmu дикий бык - rīmtu дикая корова, damqu хороший - damqatu хорошая

Как видно из примеров, выбор между формантами очень простой: если основа м.р. оканчивает одной согласной, добавляем -t-, если двумя добавляем -at-, так как кластер из 3 согласных запрещены.

Есть буквально пригоршня слов, которые женского рода, но без этого суффикса,  например ummum мать, enzum коза, nārum река, и в частности парные части тела, например īnum глаз, šēpum нога. Все такие слова будут специально отмечаться в словариках.

Как видно по примеру слова "хороший" женский род есть и у прилагательных, и прилагательные естественно согласуются с сущ. в роде, числе и падеже: rīmu kadru бушующий бык, но rīmtu kadirtu бушующая корова. Из примера видно, что обычно прилагательное располагается за существительным, к которому относится, но в поэзии возможно всё, даже, чтобы глагол вклинился между прилагательным и сущ:

OB patrī išpukū rabûtim мечи они отлили огромные (Гильгамеш), √špk значит "литье, отливка металла.

 Хотя надо заметить, что черта между сущ. и прилаг. не очень чёткая, многие прилагательные могут функционировать как сущ., так что damqu - это не только прилагательное «хороший», но и сущ. «хороший человек». Кроме того, женский род может использоваться, как абстрактное существительное, т.е. damqatu значит 3 вещи: хорошая, хорошая женщина и доброта.

Падежи, склонение в ед.ч.
В аккадском нет артиклей, никаких и нигде. В ОВ есть 4 падежа:

- именительный, окончание -um, например šarrum царь. Используется для подлежащего или вне системы склонения (например в списках слов).

- родительный, окончание -im: šarrim царя, главная функция - употребление после предлогов (всех).

- винительный, окончание -am: šarram царя - прямое дополнение.

- звательный, нулевое окончание: sābīt! о жена!, но это - архаика, которая скоро вышла из употребления. В SB такого непотребства нет, используется только им. п.: bēlu! о господине!

- дательного или чего-то похожего нет, косвенные дополнения передаются предлог + род. п.

Женский род склоняется также как и мужской, например, просклоняем слово царица: šarratu, šarrati, šarrata, šarrat! Рядом с такой простотой склонения ни латынь, ни греческий и рядом не лежали  :)

Мимация
Вы уже могли заметить, что иногда у меня идут окончания с -м на конце, иногда без. Эта -м является семитским архаизмом, который всё ещё сохранялся в OB, но отпал начиная с MB (включаю и SB). Никакого сакрального смысла в этой -м нет, потому и отпала. Само явление называется мимацией по названию буквы мим. Аналогичная вещь есть в классическом арабском, называется нунацией, окончания ед.ч. завершались -н. И также аналогично нун отпал в современном арабском.

Предлоги
Предлогов в аккадском мало и они очень многозначны, все они требуют родительный падеж:

ana - к, для, у, косв. дополнение (дат.п. в рус.)

ina - в, среди, с помощью, инструмент (тв.п. в рус.)

ištu - от, из

itti - вместе с, в компании с

Примеры: ana iltim (к) богине, ina šarrī среди царей, ištu ālim из города, itti bēlim с господином.

Euskaldun:
Классификатор ša
Слово ša само по себе значит один из, например ša Bābilim значит «кто-то/некто из Вавилона». Слово после ša - в родительном падеже. Эту конструкцию можно использовать как приложение к другому существительному, например šarrum ša Bābilim, получается что-то вроде царь, который из Вавилона = царь Вавилона. Это немного рукожопый способ использовать родительный падеж. Более нормальный способ будет представлен позже.

Ещё примеры: itti wardim ša šarratim со слугой царицы, hurāṣum ša iltim золото богини.

Безглагольные предложения и местоимения ед.ч.
Местоимения практически не употребляются с глаголами, которые ясно показывают лицо и число. Но так как в аккадском нет глагола «быть», то во всех предложениях с именными сказуемыми («ты дурак»), а так же местоположения («он в городе») нужны местоимения.

Формы: anāku я, atta ты (мужчина), atti ты (женщина), šū он, šī она.

Надо иметь в виду, что в безглагольных предложениях время никак не выражено и должно определяться по контексту. Если подлежащее - сущ., то оно начинает предложение, если местоимение - то оно стоит в конце. Примеры:

ina ālim anāku - Я есть/ был/ буду в городе.
Hammurapi šarrum ša Bābilim - Хаммурапи есть/был/ будет царём Вавилона.

Если подлежащем-сущ. поставить в конец, за обстоятельством места, получим предложение существования (как англ. there is):

ina libbim ša ālim nārum. В центре города есть река.

При обычном порядке мы просто указываем, где находится предмет:

nārum ina libbim ša ālim. Река находится в центре города.

Безглагольные предложения с šа выражают принадлежность:

bītum ša iltim. Дом принадлежит богине.
ša ilim šū. Это - бога/ это принадлежит богу.

Вот и всё для первого урока  :)

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница

Перейти к полной версии