В процессе работы на словником всё более склоняюсь к мысли, что методика Сводеша порочна по сути. Для выяснения родства языков надо следить за общими лексическими инновациями, а не за тем, как в отдельных языках происходили мелкие семантические сдвиги, к тому же, возможно, всего лишь в течение последних 100 лет. Просто сердце кровью обливается, что по методичке Сводеша эрзянское
покш 'большой'
низзя сравнивать с финским paksu 'толстый'. На этом фоне абсолютно понятны становятся претензии тюркологов. Если сводешистам кажется, что слова - "разные", из этого совсем не следует, что они "разные" на прагматическом уровне.
Мне кажется, что более продуктивно было бы превратить Сводешевскую таблицу в таблицу уральских корней и заполнить её корнями, которые выжили в индивидуальных языках, даже если и были некоторые семантические сдвиги. Конечно, слова типа ком. лы 'песок' совсем не радуют, но это маргинальное явление. Естественно, что в таблице останутся только те корни, которые засвидетельствованы хотя бы в 2 языках. Получится примерно около 1000 базовых корней с разной степенью сохранности. Немного неясно, что делать с ономатопейей, где возможно случайное совпадение, слова типа гулю "голубь" или чирку "воробей" как-то пугают.
Старые заимствования, вроде vasara 'молот' или tuohi 'береста' должны остаться во избежание подгонки материала под ожидаемые результаты. В конце концов мы точно не знаем, когда эти слова были заимствованы, вполне заимствование могло быть на той стадии, когда несколько языков ещё не разделились, в таком случае такие заимствования по части информативности мало отличаются от внутриязыковых инноваций. Немного не уверен, что делать с тюркскими заимствованиями? Все вырезать нафиг, потому что они гарантированно пришли после разделения языков?
![Непонимающий ???](https://lingvopolitics.org/Smileys/lf/huh.gif)
Any thoughts and ideas?